Тамбовский проект “Славянский двор” признан победителем на ярмарке туризма в Москве

Если говорить о проекте Никифоровского района, то последние пять лет в июле на территории имения Абрама Ушакова проходят большие народные гуляния, которые соединяют в себе обычаи и традиции проведения старинных праздников и обрядов. Это, в первую очередь, Петров день (в язычестве празднование в честь бога Ярилы), когда наши предки обращались к солнцу, и славянский Кукушкин день или праздник Кумления. В это время в Никифоровском районе проводятся молодецкие забавы, гадания, состязания и хороводы. Члены жюри признали проект очень интересным, отдав ему победу в номинации “Народная традиция”.

ИА Regnum.

Я про этот проект вообще первый раз слышу. Примечательно, что из четырех проектов от Тамбовской области, среди которых был и проект православного молодежного фестиваля “Радуга” (Уваровский район), победил именно проект с праздником Кумления.

Всенощная окончилась. Первые толпы семинаристов заполнили коридоры. Лампы всюду загасили. Били стекла, срывали с петель двери, вышибали переплеты в оконных рамах, разворачивали парты. Беспорядочно летели камни. Один работал палкой, другой поленом, третий просто кулаком. Рев, гам, свист, улюлюканье, выкрики, ругательства, сквернословие.

— Бей!.. Долой!.. Держись ребята! Лупи субов, учителей! Не давай спуску! Довольно издеваться над нами! Да здравствует Учредительное собрание!

Коридоры наполнялись оглушительным грохотом. Казалось, в ночи бьется, огромная, чудовищная, зловещая птица: махнет крылами — вылетают рамы, двери, вот она долбит клювом, вот кричит, шипит, словно бросается на врага и просится и рвется наружу, на простор … Я познал упоительный восторг и ужас разрушения, дрожащее бешенство, жестокую, злую и веселую силу, опьяненность… радостное от чего-то освобождение.

Чем тогда закончилось.

Подвести итог могу только словами святителя Филарета Московского, который еще в 60-е годы XIX века сказал: «Не нужно колебать того, что твердо стоит, чтобы перестроение не обратить в разрушение».

Я не думаю, что выборы прошли честно, но я не вижу в этом ничего удивительного. Я не знаю места или страны, где они бы проходили честно. Просто в некоторых ситуациях нужные результаты достигаются путем манипулирования сознания, в других — путем установления тоталитарных режимов, а в третьих — более примитивно, заставляя полицию, пожарных и психбольных голосовать за «нужного» кандидата. Какая разница? Где-то искомого итога достигают тонко, через работу СМИ, где-то — более топорно, подбрасывая бюллетени.

Я вообще не думаю, что путем демократических выборов что-то может решаться.

Я бы от всей души посоветовал обычным людям идти не на митинги протеста, а, пользуясь хорошей московской погодой, в ближайшие выходные, «взявшись за руки, друзья», дружно, с детками, однокурсниками, покататься на коньках на только что открытом в парке Горького прекрасном катке.

Настоятель храма святой мученицы Татианы при МГУ протоиерей Максим Козлов.

P.S. И, кстати. Среди тех, кто голосовал за “Единую Россию” есть люди, которые просто искренне выражали своим голосом поддержку лично президенту и правительству. Выражали доверие, поддерживая их внутреннюю и внешнюю политику. А жуликов и ворья всегда хватало. И при князьях, и при царях, и при президентах. Счастье на земле – “коммунизм” – уже строили, хватит.

Кроме того, лично я считаю, что результаты выборов для страны достаточно позитивны. На федеральном уровне конституционная рамка страны сохранена, партии оппозиции получили существенную прибавку голосов. Это значит, что на местном уровне в ближайшие пять лет будет очень серьезный пересмотр соотношения сил. Думаю, что и КПРФ, и «Справедливая Россия», и ЛДПР — не исключаю и другие партии — бросят вызов «Единой России» на местном уровне. Это огромная политическая возможность, которой митингующие хотят лишить развитие парламентской и законодательной системы только потому, что их партии (например, «Яблоко») не прошли в Думу, а также не удалось сорвать выборы, что было необходимо по мнению некоторых.

Максим Шевченко, Главный редактор портала «Кавказская политика».

Все вместе тут.

Одним из доказательств бытия Божьего является запредельная реакция на имя Его и на свидетельство о Нем. Философическому агностику, в котором качестве обыкновенно рекомендуются те, кто отверг сказки о Христе, вроде бы естественно было реагировать с безразличием, в крайнем случае с благодушной иронией. Мало ли бывает всякого баснословия. На практике, однако, наблюдается совершенно иная картина, а именно скрежет зубовный. Хотя если Бога нет, то что же скрежетать и корчиться? При этом корчи такие, что заставляют вспомнить слова про ту категорию существ, которые веруют и трепещут. Кому недостаточно нынешнего скрежета по поводу паломничества к Поясу Богородицы, может почитать В. И. Ленина и подивиться тому, как при любом упоминании имени Божьего Владимира Ильича, говоря нынешним языком, колбасило не по-детски.

Ссылка на продолжение текста

в последние 20 лет в церковную культуру не просто проникли, а проникли и в ней укоренились многие элементы советской и постсоветской культуры. И это не нейтральные элементы, они складываются в новое явление, которое я называю постсоветская гражданская религия.

Другими словами, секуляризация в России имеет свои особые формы, связанные с нашим коммунистическим прошлым.

И далее…

Отмечу одно из достоинств тех людей, ту очевидную христианскую добродетель, которая практически не встречается в наши дни – умение «не пускать» жизнь государства с свою собственную жизнь, умение жить «без государства». На современном языке это можно назвать глубоким и ясным чувством приватности.

[...]

Термин «воцерковленный» имеет скорее бытовые и идеологические коннотации. Он никак не соотносится с качеством веры, обозначая формальную принадлежность к церковной или околоцерковной субкультуре. Если примерить это понятие к православным христианам, скажем, середины ХХ века, то окажется, что многие из них этим критериям не отвечали

Ну а далее нужно самим читать:

Советское и постсоветское в современной церковной культуре: образ пастыря, свидетельство, служение.

Кажется не так давно аналогичное уже звучало.

В конце 1990-х гг. нынешний ответственный редактор «Журнала Московской Патриархии» Сергей Чапнин организует в Москве семинары на тему «Православие и развитие интернета». И уже тогда стало ясно, что интернет не только «техническое средство», а реальное место для христианской миссии.

В 1996 году был создан открытый хостинг для православных проектов – сервер «Россия православная», который существует и по сей день (светлая память его создателю и многолетнему куратору Александру Дятлову). С начала 2000-х на Рождественских чтениях организована Интернет-секция. За это время был совершен невероятный скачок в области информационных технологий и средств коммуникаций. И если сначала речь шла просто о присутствии и проповеди в интернет-пространстве, то чуть позже задача ставиться много шире.

2. Сегодня, пожалуй, уже нет человека из городской инфраструктуры, который бы не слышал слово «сайт», «социальные сети», «интернет-страничка». Да, люди все меньше и меньше общаются друг с другом лично, предпочитая реальному общению ― виртуальное. Но таковы реалии. Как сказал один священник, если сегодня люди не могут жить без Интернета, то ради любви к ним, мы должны быть в Интернете. Не просто заглядывать туда, а быть там.

3. Eще несколько лет назад казалось, замечает диакон Андрей Кураев, что в эпоху Интернета у кириллицы нет будущего. Совсем недавно нельзя было написать название файла славянскими буквами. И уж тем более нельзя было такой файл передать по электронной почте. Прошли годы, и оказалось, что проще компьютер научить говорить по-русски, чем нам переучиваться на латиницу.

Не так давно, национальная поисковая система Яндекс имела логотип, написанный латиницей, а сейчас уже существует возможность регистрировать на кириллице даже доменные имена русскоязычных сайтов.

4. Не надо в Интернете бояться иного «культурного кода», во многом чуждого многовековым традициям российской культуры и родного языка. Да, для носителей этого «кода», возможно, будет еще более непонятен и непривычен церковно-славянский язык, чужда эстетика русских храмов, малоинтересна русская литература. Но христианская эстетика, христианские традиции не являются чем-то сугубо национальным. Попытки принести общецерковные интересы в жертву национально-политическим интересам осуждены Церковью как этнофилетизм. Не следует забывать об этом. «Подлинное наследие солунских братьев – вдумчивое творчество в русле церковной традиции, в единстве с полнотой Церкви (что не исключает, конечно, частных разногласий и споров)», – процитируем современного библеиста Андрея Десницкого. И здесь придется разочароваться многим ревнителям национальной старины. Славянский язык не канонизирует сарафан.

5. Интернет-пространство стало языковой и культурной средой для многочисленной интернет-аудитории, которая, повторимся, большей своей частью сегодня состоит из молодежи. Эта виртуальная среда должна наполнятся тем содержимым, которое несет в себе традиционные (а есть ли нетрадиционные?) христианские ценности. Успешность интеграции этих ценностей в общество зависит от того, насколько успешно они будут отражены нашим языком и культурой. Делать это должны носители этих ценностей. Не случайно Патриарх Московский и всея Руси Кирилл в докладе на Архиерейском Соборе Русской Православной Церкви 2 февраля 2011 года напомнил, что «работа в информационном пространстве сегодня имеет, пожалуй, не меньшее значение, чем строительство и благоукрашение храмов».

6. Равноапостольные Кирилл и Мефодий, а также их ученики создали азбуку и несли христианство, по-сути, варварским народам. Народам, которые имели иной «культурный код». Совершенно отличный от греческого. Однако культура этих народов, благодаря проповеди, славянской письменности, подвигу подвижников (простите за тафталогию) стала “осолена”, пропитана христианством. Немалая роль в этом принадлежала книге. Можно вспомнить слова древнерусского летописца, который о книгах говорил, что они суть «реки, которые напояют вселенную, это источники мудрости, ибо у книг неизмеримая глубина, ими мы утешаемся в печали, и они являются уздой воздержания». Конечно, это не интернет. Но сегодня также далеко не о всех книгах можно сказать то, что сказал летописец. Далеко не вся литература является духовной. Литература в основной своей массе бездуховна, пуста и пошла. Она «обуяла».

7. Возможен ли обратный процесс? Возможно ли целый сегмент интернета «осолить»? А живопись, а киноискусство? Возможно ли все это пропитать христианской проповедью и подлинной христианской культурой? Сейчас, сегодня? Ведь иного массового информационного пространства нам может быть уже и не будет дано. Возможно*. Нужно лишь желание, четкое понимание того, что делаешь, время и помощь Божия. Если личное общение уступает общению виртуальному, то нужно учиться этому общению. Пока есть электричество.

* Но перед свиньями бисер метать не нужно.

Христос воскресе!
Говорят, что Кирилл и Мефодий создали старославянский язык. Это не так. Они создали не старославянский язык и его азбуку, а церковнославянский. На этом языке никто не разговаривал. Это искусственный язык для письма и молитвы. Можно сказать, что Кирилл и Мефодий – это наш православный Толкиен.

Толкиен придумал новые языки для своего Средиземья – эльфийский, орочий… Толкиен это сделал для детей. А Кирилл и Мефодий новый язык создали для тех, кто в глазах их собственных соотечественников – греков – были орками. В 9 веке греческое национальное сознание очень болезненно переживало недавнее (в 7 веке) вторжение славян на Балканы. Македония – родина славнейшего из греческих воинов – Александра Македонского – стала славянской вотчиной. Можно было бы сладостно холить свою справедливую ненависть, копить поводы к отмщению. Но Кирилл и Мефодий пошли к славянам с любовью. В те времена люди реагировали не на программы политтехнологов, а на глаза людей. У славянских апостолов глаза сияли верой и любовью. Поэтому их дары приняли.

То что церковнославянский язык искусственный, означает что Кирилл и Мефодий решились создать нечто совершено новое. Они взяли греческую грамматику и методику, способ взаимной связи и расстановки слов в предложении, и соединили это с миром славянских слов. Если бы мы сегодня сопрягали грамматику одного языка с основами другого языка, то сегодняшний плод Кирилла и Мефолия звучал бы так: «автомобилю же сущу в гараже бездействующу, изыдох на торжище и взях таксомотор». Благодаря Кириллу и Мефодию наш русский язык до сих пор поразительно открыт к другим языкам, спокойно принимает из них новые слова, но приучает их жить по законам нашей языковой стихии. Если мы хотим быть учениками Кирилла и Мефодия мы должны ездить на метре и ходить в пальте. Зачем нам защищать иностранные слова от воздействия нашего родного языка и его правил?

Творческий прорыв Кирилла и Мефодия призывает нас не превращаться в ксерокопировальные аппараты. Мы должны создавать реальность, а не просто зеркалить ее.

Еще одно расхожее и не вполне точное представление о Кирилле и Мефодии – будто они создали кириллицу. Это не вполне так. Кирилл и Мефодий создали глаголицу. И это был не вполне удачный проект. Кириллица была создан учеником Кирилла и Мефодия – святым Климентом Охридским и его сотрудниками. Бывает, что великий ученый не доживает до реализации своего замысла. Главное итоговое открытие делается его учениками. Но самих этих учеников создал все же именно он. Вот так и Кирилл и Мефодий. Они поставили задачу и нашли методы решения. Потом же уже другие ученые, идя этим путем, смогли совершить культурную революцию. Кирилл не создавал кириллицы. Но его творческий импульс был таков, что его ученики это сделали. Оказывается, мало что-то изобрести. Надо еще уметь ввести это в жизнь и отстоять. Надо уметь сделать открытие – технологией.
Большинство из вас студенты или станут таковыми ближайшим летом… Кстати, простите за то, что многие из вас оказались здесь не вполне по своей воле… Использование административного ресурса, в том числе и постановка зачета по физкультуре за посещение молебна святым Кириллу и Мефодию, вряд ли порадовало бы самих святых братьев…

Так вот, для студента очень важно найти себе достойного учителя и хорошего начальника. Найдите себе такого руководителя, которому нравится генерировать идеи. И не важно, сколько он будет платить. Бонусом к небольшой зарплате может стать радость мысли и овладении техникой мысли. И избегайте тех учителей, которые могут лишь воспроизводить то, что написано до них.

Еще несколько лет назад казалось, что в эпоху Интернета у кириллицы нет будущего. Я помню время, когда нельзя было писать название файла славянскими буквами. И уж тем более нельзя было такой файл передавать электронной почтой. Но прошли годы, и оказалось, что проще компьютер научить говорить по-русски, чем нам переучиваться на латиницу. Так что не нужно бояться своего наследия и отчуждаться от него. Надо не бояться хранить и создавать свои миры. Главное, чтобы и в тех мирах, которые вы создадите сами, в центре было бы солнышко любви.
Света вам! Христос воскресе!

Источник.

Вы только послушайте: White Rabbit — Emiliana Torrini на Яндекс.Музыке